ссылка

Польша доит ЕС и использует украинских «рабов на плантациях»

Украинских беженцев разместили в польском торговом центре Korczowa Dolina
Увеличить шрифт
А
А
А

Ситуация на Украине породила самый серьёзный миграционный кризис в Европе со времен Второй мировой войны. По последним данным ООН, уже более 5 млн. украинцев покинуло свою родину, а число тех, кто возвращается назад, по-прежнему остается невелико. Помимо этого, внутренними переселенцами стали около 7 млн жителей Украины, многие из которых не могут найти себе ни место жительства, ни работу в западной части страны и, по всей видимости, также будут вынуждены уехать за границу. На Западе не принято говорить о том, что из общего числа бежавших от военных действий украинцев около 1 млн человек выехало в Россию. В Киеве называют это «принудительным переселением», а украинские СМИ и вовсе рассказывают байки о вывозе населения в Сибирь. При этом в информационном пространстве главным защитником беженцев называется Запад, который не только принимает и устраивает их у себя, но и готов делать это и дальше якобы лишь из чувства сострадания и солидарности с украинцами. Однако на самом деле это далеко не так, особенно когда речь идет о Польше, куда с начала российской спецоперации, только по официальным данным, выехало более 3 млн человек.

Для Варшавы разразившийся в континентальной Европе миграционный кризис является одной из прекрасных возможностей не только поднять свой региональный статус, но и неплохо заработать. Для украинцев Польша уже не первое десятилетие выглядит как пример для подражания, чему в немалой степени способствуют хорошо работающая польская пропаганда, а также постоянные проблемы на Украине. Именно поэтому на польскую экономику из года в год трудятся миллионы украинских граждан, которые не смогли найти себе применение на родине.

К началу миграционного кризиса, по разным подсчетам, в Польше находилось не менее 2 млн граждан Украины, значительная часть из которых работала на низкооплачиваемой по польским меркам работе, куда местные поляки устраиваться не желали. Для примера, речь идет о работе по сбору овощей и фруктов, убое и разделке кур и индеек, филетировании рыбы, упаковке одежды и сортировке заказов, производстве деревянных, пластиковых и металлических изделий и т. п. В большинстве случаев зарплата колеблется в рамках 1000-1500 долларов (в злотых), заработать которые на Украине для большинства жителей страны невозможно. Правда, и работать поляки предлагают не по 8, а по 12 часов, что для местных жителей является немыслимым делом, но для мигрантов из третьих стран считается вполне приемлемым. 

Примечательно, что, несмотря на огромные потоки гастарбайтеров, в Варшаве постоянно говорят о том, что стране не хватает рабочих рук. Например, в конце прошлого года количество вакансий в Польше официально составляло около 700 тысяч, а заработная плата в большинстве случаев предлагалась намного выше, чем на Украине. Неудивительно, что именно украинские «заробитчане» и были теми, кто долгие годы закрывал пустующие рабочие  места. Более того, в период 2013-2018 годов рабочие из Украины ежегодно обеспечивали прирост польского ВВП на 0,5%. В целом же украинцы и до кризиса были одной из самых больших групп трудовых мигрантов в Польше, в том числе и среди тех, кто не планировал оттуда уезжать. Да и Варшава охотно раздавала польское гражданство именно жителям Укарины. Например, в 2020 году количество украинских граждан, получивших ВНЖ в Польше, составило 86% среди всех иммигрантов.

Все вышеперечисленное служит прекрасным доказательством того, насколько Польша всегда была заинтересована в украинских мигрантах. Особенно, если понимать, что польские гастарбайтеры сами охотно покидают страну и направляются на заработки в западную Европу. Из-за особенности польской политики, их рабочие места мигранты из стран Азии и Африки, как правило, занять не могут, так как Варшава негативно к ним относится. Это прекрасно продемонстрировал миграционный кризис на границе с Белоруссией в прошлом году. Основная масса дешёвой рабочей силы долгие годы попадает в Польшу именно из Украины, что всегда устраивало Варшаву, где восприняли нынешний украинский кризис как дополнительную возможность решить внутренние проблемы с рабочими местами и попутно неплохо на этом заработать. Особенно, если обратить внимание на то, что значительная часть украинских мигрантов – это женщины, у большинства из которых средств к существованию либо уже нет, либо в скором времени не будет, а значит и привлекать их на низкооплачиваемую работу с самыми тяжёлыми условиями труда будет достаточно легко. По сути, это можно назвать новым видом «рабства», с той лишь разницей, что формально украинцев никто в Польше не держит на цепи. Однако с учётом того, что экономика Украины практически уничтожена, а страны развитой Европы перестали высказывать свое желание принимать у себя всех желающих, выбора у «заробитчан», кроме как работать на поляков, практически нет.

Помимо возможности закрыть вопросы с дешёвой рабочей силой, у Варшавы сегодня появилась и желание неплохо заработать на миграционном кризисе за счет бюджета Евросоюза. При этом хитрость поляков порой поражает, так как они хотят получить финансирование и как сторона, которая принимает у себя беженцев, и как страна-транзитёр.

Стоит заметить, что в первые недели российской спецоперации Варшава гордо заявляла, что сама справится с потоком беженцев, что оказалось не более чем игрой на публику. Особенно после того, как Брюссель начал разрабатывать программу финансовой помощи. Поэтому неслучайно, что с марта из польской столицы все чаще стали слышаться заявления о том, что ЕС неплохо было бы предоставить Польше средства на мигрантов. Причем требования поляков с каждым днем росли как на дрожжах.

Вначале Варшава посчитала, что объем средств, который придется потратить из бюджета всех уровней на расходы, связанные с беженцами, составит более 2,1 млрд евро до конца 2022 года. Это заявление прозвучало на фоне изначальных планов Евросоюза выделить лишь до полумиллиарда евро для помощи сразу всем странам содружества, что не могло удовлетворить Варшаву. К середине марта стало известно, что в Брюсселе готовят выделение уже 3,4 млрд евро, что подхлестнуло действия польских властей, решивших забрать себе большую часть из этой суммы. 25 марта глава МИД Польши Мариуш Каминский вместе с немецкой коллегой Нэнси Фезер обратился в Еврокомиссию с призывом выделить Берлину и Варшаве дополнительную финансовую помощь. Они предложили ввести единовременную выплату в размере 1 тыс. евро из фондов ЕС на каждого допущенного в страну человека (напомним, что в Польшу прибыло более 3 млн. чел), а также потребовали дополнительную координацию в сфере распределения мигрантов. По мнению польских и немецких властей, последнее должно выражаться в помощи переправки людей в те страны, которые готовы их принять. Проще говоря, из 3,4 млрд евро значительная часть должна уйти именно в Варшаву, которая и принимает беженцев, и перенаправляет их в другие страны.

Кроме того, польские власти решили заработать и на размещении украинских мигрантов у себя в стране. В данном случае стоит отметить, что зарегистрировались и планируют оставаться в Польше продолжительное время лишь около трети прибывших туда беженцев. Однако Варшава для покрытия расходов на проживание и содержание приехавших украинцев запросила у ЕС 2,2 млрд евро. Параллельно в Польше было решено открыть государственную программу с возможностью привлечения средств Евросоюза на строительство жилья для беженцев. К этому стоит добавить, что польский министр здравоохранения Адам Недзельский уже заявил, что «ежемесячные расходы на здравоохранение беженцев составляют сотни миллионов злотых», а потому «европейская солидарность в этом отношении не должна быть декларативным лозунгом, а должна отражаться в реальной финансовой поддержке, потому что Польша несёт самые высокие расходы, самое тяжёлое бремя». Таким образом, Брюсселю предложили раскошелиться и на сферу здравоохранения, причём никто точно не знает, сколько беженцев остается на польской территории.

Аппетиты Варшавы на этом не остановились. Сегодня речь идет уже о суммах, сравнимых с теми, которые ЕС обещал Анкаре во время миграционного кризиса 2015-2016 годов – примерно 6 млрд евро. В данном случае Варшава оперируют численностью беженцев, которые оказались в Турции (около 3,7 млн), и тем количеством мигрантов, которые уже прибыли в Польшу.

Полной неожиданностью для европейских политиков стало и стремление польских властей за счет проблемы беженцев решить давний спор Варшавы с Брюсселем по вопросу верховенства права. Правящая польская партия «Право и справедливость» решила добиваться того, чтобы ЕС разблокировал 36 млрд евро помощи стране, которые ранее были заморожены из-за проведённой в Польше спорной судебной реформы. В случае если еврочиновники прогнутся под польским давлением, остановить растущие аппетиты Варшавы будет практически невозможно.

В целом сегодня позиция Польши относительно миграционного кризиса в ЕС, связанного с ситуацией на Украине, вполне ясна. Варшава без зазрения совести использует его в собственных интересах, добиваясь как экономических, так и политических целей.

На заглавном фото: украинских беженцев разместили в польском торговом центре Korczowa Dolina

608
Поставить лайк: 126
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору